При поддержке |  


Сахар и молоко — очень сочетаемые вещи при правильном подходе к делу

 

Виктор Скочко, генеральный директор ООО «Агрофирма им. Довженко» (Полтавская обл.)


Родился 31 октября 1959 года в селе Гоголево Шишацкого района Полтавской области.

В 1979 году окончил Полтавский кооперативный техникум по специальности «Машины и оборудование предприятий пищевой промышленности» и получил квалификацию техника-механика, позже, в 1990 г., — Полтавский сельскохозяйственный институт по специальности «Механизация сельского хозяйства», квалификация — инженер-механик.

С 2008 года по сей день работает генеральным директором ООО «Агрофирма им. Довженко».

Заслуженный работник сельского хозяйства Украины.

Агрофирма им. Довженко, что на Полтавщине, является структурным подразделением агропромхолдинга «Астарта-Киев» — лидера по производству сахара в Украине. По итогам 2016-го, компания установила абсолютный рекорд за всю историю своей деятельности — 505 тыс. тонн сахара. Производство молока в агрофирмах холдинга возросло до 106 тыс. тонн. О сочетаемости сахарного и молочного бизнеса, а также новой моделе организации производства животноводческой продукции, которая может стать образцом для других молочных ферм, нам рассказал генеральный директор ООО «Агрофирма им. Довженко» Виктор Николаевич Скочко.

— Виктор Николаевич, какова роль отводится молочному направлению в возглавляемой вами агрофирме и в холдинге?

— Главная, как говорят в кино или театре. В агрофирме им. Довженко содержится около 40% поголовья крупного рогатого скота «Астарты» и производится 50% всего молока холдинга. Сегодня суточное производство молока в агрофирмах холдинга составляет 300 тонн, из них 150 тонн — наши. За прошлый год мы произвели 54 000 тонн молока.

Можно сказать, что агрофирма им. Довженко — это основная молочная площадка «Астарты». Ни одна из других ее агрофирм не имеет такого поголовья, такой продуктивности животных и такого уровня развития производства.

Еще в начале 2000-х у нас этот проект начал перерастать из социальной в деловую плоскость. А в 2016-м началось внедрение новой модели организации производства молочной продукции. Вся практика и опыт, который нарабатывается у нас, переносится на другие молочно-товарные фермы холдинга.

— Расскажите, как строилось молочное скотоводство в АФ им. Довженко.

— Девяностые годы были очень сложными для всего аграрного сектора страны. Сначала сельскохозяйственное производство держалось за счет ранее нажитых активов, а в конце 90-х началось резкое сокращение, и не только в животноводстве, а во всем. Ситуация была критическая, и именно в это время, в 1999 году, односельчане избрали меня председателем коллективного сельскохозяйственного предприятия (КСП) в родном селе Гоголево.

Было чрезвычайно трудно. Помню, как всем селом выходили полоть кукурузу, сахарную свеклу. Коров пасли, трижды доили. Зерно сразу из-под комбайна у нас забирали за электроэнергию и горюче-смазочные материалы. Огромные налоги и долги тянули на дно. Я тогда очень жалел, что дал односельчанам надежду.

Однако руки не опускали. Путем невероятных усилий нам удалось сократить убытки: если в 1998-м они были 1,5 млн. гривен, то в 1999-м — 600 тыс. Но это были убытки.

Я не видел другого выхода, кроме как найти мощного промышленного партнера. В нашем Шишацком районе их было три: Шишацкий сырзавод, который в то время успешно работал; крупная строительная организация, которая помогала горюче-смазочными материалами; и Яреськовский сахарный завод. Тогда я чувствовал себя, как витязь на распутье с известной народной сказки, и выбрал сахарный завод.

Приехал к директору сахарного завода и говорю: «Вам нужна свекла, а нам — ваша помощь семенами, удобрениями, средствами защиты растений, горюче-смазочными материалами».

Директор ответил: «Акции нашего сахарного завода выкупает «Астарта» и у ее руководства тоже есть такая мысль — налаживание партнерских отношений с агропроизводителем».

Поэтому через несколько недель я встретился с Виктором Петровичем Иванчиком. В Яреськах наши пути пересеклись, и мы начали сотрудничать.

Когда вспоминаю о первых наших результатах, то и смешно, и стыдно. Например, в 1999-м мы получили 130 центнеров сахарной свеклы с гектара. Тогда мы их даже все не собрали, потому что больше тратили на горюче-смазочные материалы для комбайнов и оплату труда, чем зарабатывали от продажи собранного. Действительно, так и было. Пришлось принять радикальное решение: остановить работу комбайнов. Одновременно обратился к односельчанам: в субботу и воскресенье все выходите на поле, кто сколько накопает.

Тогда мы сдали 1000 тонн свеклы. Было очень тяжело, но была вера. Это был хороший урок, мы не опустили руки, потому что понимали: раз есть сахарный завод, нам надо учиться выращивать сахарную свеклу. Что делает вера!

За это время мы ступенька за ступенькой поднимали урожайность 250, 300, 350, 400, 450 центнеров на гектар. Некоторое время задержались на отметке 450. Затем пересекли рубеж 500, а в прошлом году достигли урожайности 700 центнеров с гектара на площади 7500 га. Выход сахара составил 9,3 тонны на гектар. Это рекордный показатель для агрофирмы им. Довженко и для всей Украины.

— А что с молоком?

— Давайте вернемся к молоку. В 1999 году агрофирма «Гоголево» надоила 500 тонн молока в год. Это ровно 1300 кг на корову. Держали мы тогда около 400 коров. Доили столько, что на одном из участков даже не хватало молока выпоить телят, поэтому приходилось свозить с другой.

Решение назревало одно: ликвидировать. На фермах не было практически ничего: ни генетики, ни технологии, ни кормов. Чтобы накормить скот, приходилось покупать сенаж в других хозяйствах области. Я был счастлив, когда приобрели первую партию, присутствовал на ее отгрузке. Моя одежда настолько пропахла тем кормом, даже стирка не помогла. Представляете, какого качества был корм? Но наши коровы его ели, ибо просто голодны.

Когда начали сотрудничать с «Астартой», совместно решили оставить скот. Тогда остро стоял вопрос: как быть с людьми, земли которых арендуем? Вместе с тем ферма как социальный проект никому не интересна. И если мы специалисты в области сельского хозяйства, то давайте заготовим корма, применим технологии и будем развивать молочное дело.

Надои начали расти. Помню, как в 1999-м 500 тонн молока в год, в 2000-м — 1200 тонн, в 2001-м — 1800 тонн. Так примерно по 600 тонн каждый год мы добавляли, пока не надоили 3500 тонн. Тогда я перестал считать, потому что видел, что коровы доятся.

Помню, уже в 2006 году, когда «Астарта» выходила на Варшавскую фондовую биржу, почти 10% в валовом производстве холдинга составляла животноводческая продукция.

В 2007-м мы приняли решение строить новый животноводческий комплекс. В 2008-м нашли для этого кредитные средства и, несмотря на кризис, начали строительство. Это были необратимые процессы, мы поверили, что молочная ферма — это бизнес. Что важно, в 2005—2010 годах были хорошие закупочные цены на молоко, то есть, на наш взгляд, это был наиболее благоприятный период для развития животноводства.

Вот так из социальномго проекта мы перевели наше молочное производство на бизнес рельсы, а с приходом в «Астарту» Эльмана Гасановича Оруджова у нас открылось второе дыхание и новые горизонты. Еще совсем недавно мы очень осторожно говорили о 30 л суточного надоя и 9 тыс. литров годового на корову. На новом комплексе в с. Гоголево за прошлый год надоили 8200 кг молока. В этом году поставили цель 9 тыс. кг, а затем и 12 тыс. кг молока на корову.

Мы используем две технологии: привязную и беспривязную. Большинство коров содержатся привязно, но, как показывает мировая практика, и такие коровы могут давать от 9 до 12 тыс.кг молока в год при правильном рационе и уходе.

— Какую долю занимает молоко в валовой продукции АФ им. Довженко?

— Сейчас доля животноводческой продукции по агрофирме им. Довженко составляет 40%:30% - молоко и 10% - мясо.

— Хозяйство входит в состав агрохолдинга. Быть членом большой «семьи» помогает в развитии бизнеса (и молочного в частности) или сдерживает, ведь «Астарта» специализируется на производстве сахара?

— Сахар и молоко — очень сочетаемые вещи при правильном подходе к делу, в этом у меня никаких сомнений. То, что действительно беспокоит, — отношение к агрохолдингам. Оно неоднозначно. Особенно остро это ощущается сейчас, когда на повестке дня стоит вопрос о снятии моратория на продажу земли.

Я являюсь председателем областной организации Аграрной партии Украины и часто встречаюсь с фермерами. Создается впечатление, что мы не украинцы. Фермеры ревниво смотрят на сельскохозяйственные предприятия, а те — на холдинги.

Моя позиция такова: все формы хозяйствования и собственности — фермер, единоличник, средние сельскохозяйственные предприятия, холдинги — имеют право на существование и возникли не искусственно.

Я рассказал вам историю вхождения нашего хозяйства в «Астарту» и рождения одного из первых украинских холдингов. Был Яреськовский сахарный завод, было наше сельхозпредприятие, была «Астарта», которая уже включала в себя несколько таких производителей, как мы. Я точно знаю, что мы не искусственное формирование. Мы искали путь, как выжить, а потому объединились и начали сотрудничать.

Сдерживает ли нас в развитии то, что мы подразделением крупного аграрного объединения? Нет, это не мешает. Нам доступны кредиты. Отмечу, что в 2008 году, во время мирового экономического кризиса, мы строили молочно-товарный комплекс, общая стоимость которого доходила до 50 млн. грн. Однако мы своевременно выплачивали заработную плату, платили налоги, рассчитывались с партнерами. У нас была стабильная экономическая ситуация, несмотря на кризис в Украине и мире.

Я не то что думаю, я уверен, что принадлежность предприятия к холдингу помогает в развитии. Например, компания может взять на постоянную работу специалиста с такими знаниями и опытом, как Эльман Оруджов? Пожалуй, это не может себе позволить даже среднее предприятие. Это не только фамилия, это действительно авторитет. Он принес столько идей, разработал уникальную концепцию развития животноводства, мы начали ее воплощать в жизнь. Благодаря Эльману Гасановичу мы по-другому стали смотреть на отрасль.

— О чем именно идет речь?

— Во-первых, создание кормового центра. У нас 12 молочных ферм и один нетельний комплекс. Каждая производственная площадка сама заготовляла корма, сама готовила смесь, а потому и результаты были разные. Мы к этому привыкли и даже не замечали. С запуском кормоцентра мы увидели значительные изменения в продуктивности коров — почти 5 л молока дополнительно на корову в день, включая коров на привязи. Обратите внимание, что это только благодаря использованию стабильного качественного рациона.

Далее в планах центр по сбору и первичной обработки молока. Мы намерены консолидировать молоко в одном пункте, сортировать его по качеству и продавать одним лотом. К примеру, с любого города Украины может приехать молоковоз, за ​​полчаса загрузить 40 тонн сырья, получить сопроводительные документы с показателями качества и везти на переработку.

То есть, переработчику не надо объезжать 10 ферм, чтобы собрать нужные ему 40 тонн, сливая в одну цистерну молоко из трех-четырех хозяйств, а потом разбираться, чье испортило общую картину. Это совсем другой подход и другой уровень партнерских отношений.

Еще один момент, на котором обязательно стоит отметить, — новая система организации и оплаты труда. Очень сложно давался этот вопрос, много было обсуждений, один из сдерживающих факторов — бюрократия. Наконец в апреле пилотный проект стартовал и первые фермы в селах Гоголево и Тищенко заработали по этой системе. Операторы машинного доения получили от 12 до 17 тыс. грн. заработной платы за месяц. Я считаю это большим прорывом.

— Работники ферм довольны?

— Очень довольны. К этому времени у нас действовала колхозная система организации, мотивации и оплаты труда. По инициативе Эльмана Оруджова были созданы сервисные бригады. Туда входят техники искусственного осеменения, ветврачи. За ними закреплено определенное поголовье скота. Мы уже видим результат: здоровье и продуктивность животных. И самое главное, что в сервисные бригады набрали лучших специалистов, смогли изменить мотивацию и оплату труда для этих людей. В колхозной системе размывается ответственность и инициативность каждого человека, индивидуальный подход. Она не оправдала себя со своей коллективной ответственностью, которая просто превратилась в общую безответственность.

Мы переходим на мировые стандарты качества, оценки, оплаты и организации труда. У нас уже нет таких должностей, как завфермой, учетчик и др., Которые есть в штатном расписании, унаследованном от колхоза.

Сегодня зарождаются такие условия и перспектива передать ферму в управление семье или дружному коллективу, который будет работать на ферме, зарабатывать деньги и не думать, что дома корова недоенная или огород несаженный.

Человек должен сосредоточиться на работе и, отработав 8−10 часов, полностью обеспечить себя и свою семью: дать детям хорошее образование, иметь желание и возможность путешествовать.

На такие стандарты мы хотим перейти. И знаете, хорошие идеи не надо рекламировать. К примеру, не очень часто можно увидеть рекламу «Мерседеса», «БМВ» или «Лексуса». Их и так покупают. Вот и мы не рекламировали, что делаем в Гоголево и Тищенко, но коллеги из других ферм и подразделений уже нас подталкивают: вводите и у нас такую ​​же систему организации и оплаты труда. Руководство готово. На местах тоже разобрались: кто-то овладел другой профессей, кто-то переквалифицировался, кто-то ушел на заслуженный отдых, сократились ненужные должности.

Эльман Гасанович предложил простой подход: 20% в структуре себестоимости молока — это фонд оплаты труда. Методика распределения разработана. Объемы реализации могут быть разные, но чем больше выручка, тем больше зарплата. На сегодняшний день это работает. Мы ставим перед собой задачу получать на корову в год 9−12 тыс. кг молока, при этом зарплата должна вырасти в среднем до тысячи долларов в месяц.

Знаете, Яреськи — это своеобразный перекресток, где пересекаются интересные идеи и желания людей воплощать их в жизнь. Здесь уникальная атмосфера, здесь творили Николай Гоголь, Владимир Короленко, Александр Довженко. Все мысли и хорошие идеи сюда стекаются и именно здесь начинается их реализация.

— Виктор Николаевич, как-то Эльман Гасанович сказал, что корову надо «оторвать» от земли. Как бы вы это прокомментировали?

— Да традиционно сложилось, что сельхозпроизводители ставили задачу прежде всего вырастить хороший урожай кукурузы, пшеницы, сои, сахарной свеклы. И на эти культуры мы не жалели ресурсов. А что касается животноводства, то кормовые культуры и так вырастут.

Эльман Гасанович предложил совсем другой подход: для животноводства культуры надо выращивать с соблюдением всех технологических требований, как и для производства зерна, сои или свеклы. «Я буду покупать у агрономов урожай на поле, а не сорняк. Например, стоит на поле кукуруза 100 центнеров с гектара в зерне. Оцените, сколько бы это стоило, если бы продать зерно. 150 долларов тонна? Мы готовы столько заплатить, потому что качественный корм для скота — это основа высокой производительности«, — объясняет Эльман Гасанович.

Сегодня от разговоров мы перешли к делу и при заготовке кормов используем именно такой подход. Но во многих хозяйствах животноводство едва теплится на остаточном принципе, у него не вкладываются средства, а технологии используются те же, что и в 50−60-е годы.

Мы тоже многое не замечали. В традиционной системе используется 1,2−1,5 га на корову. Как выяснилось, при эффективном кормопроизводстве достаточно 1 га на 5 коров. Вот мы по этому пути движемся. Значительную часть земель уже вернули в растениеводство. У нас было более 8 тыс. га под кормовым клином. Часть этих земель — 1200 га — мы отвели под органическое земледелие. Таким образом повышаем эффективность и животноводство, и использование земель.

— Что бы вы посоветовали украинским производителям молока?

— У нас очень много талантливых, трудолюбивых и патриотически настроенных людей. У каждого свой путь. И у меня также. Никогда не думал, что буду работать в сельском хозяйстве и буду заниматься животноводством. Помните, как у Геннадия Хазанова: «Окончил я кулинарный техникум…» Но одна встреча с одним человеком — с моим предшественником, который работал здесь — развернула жизнь на 180 градусов. Сейчас даже трудно представить, что все могло сложиться по-другому.

Еще тогда, когда начал работать руководителем сельскохозяйственного предприятия, мне очень нравился процесс внесения органических удобрений. Я мог часами наблюдать, как грузятся разбрасыватели, как вносится органика, как закладывается в грунт.

Для меня это было не просто удобрение, это была надежда на хороший урожай. В 90-е мы вообще не использовали минеральные удобрения и только органика спасала от полного краха.

Вот примерно такое, трепетное, отношение должно быть и к животноводству, хоть это и сложная отрасль и не сразу дает результаты. Надо любить свое дело. Если не любишь, не делай. Заниматься тем, что любишь, — это большое счастье.

Любовь рождает гениев, урожаи, ракеты, машины — все. А молоко тем более.

Журнал «Молоко и ферма» № 3 (40), июнь, 2017

comments powered by Disqus

Последние добавленные

21 июля 2020 г., 15:45:00

Покупая украинские молоко и кефир, можно быть спокойным относительно их безопасности

29 мая 2020 г., 11:35:00

Квоты на удобрения — это ручной режим перераспределения средств в агросекторе

27 апр. 2020 г., 16:10:00

На рынке молочного скотоводства есть постоянный дефицит кадров

22 апр. 2020 г., 12:05:00

Когда в что-то действительно веришь, тебя трудно остановить

07 февр. 2020 г., 13:00:00

Когда получаешь результат, тогда есть вдохновение для следующих действий и дальнейшего развития

31 янв. 2020 г., 14:30:00

Наша главная задача — стать лучшими, иначе пропадем и дело, которому отдали восемнадцать лет, останется невостребованным

24 янв. 2020 г., 10:10:00

В стране может кардинально сократиться производство молока

17 дек. 2019 г., 10:45:00

Помощь от государства уже давно не стимулирует держать коров